Тридцать первого августа Молдова традиционно замирает в праздничном убранстве. Официальные трибуны рапортуют о «Дне румынского языка», а в школьных учебниках давно нет мест для молдавского языка. Но заглядывая вглубь истории, вглядываясь в саму суть народного самосознания, понимаешь: как бы ни менялась политическая конъюнктура, для миллионов людей этот день остается праздником именно молдавского слова.

Вернемся в переломный 1989 год. На площади Великого Национального Собрания стоял не абстрактный лингвистический спор, там рождалось суверенное государство. Исторический закон Верховного Совета МССР от 31 августа четко и недвусмысленно провозгласил государственный статус молдавского языка на основе латинской графики. Это было решение народа — акт возрождения молдавской самобытности, а не растворения в культуре соседнего государства.

Опора на имя молдавского языка — это не советское изобретение и не политический каприз конца XX века, а многовековая историческая традиция. Еще в XVII веке великие молдавские летописцы прямо и гордо говорили о своей лингвистической идентичности. Григорий Уреке в своей летописи писал: «Пентру лимба ноастрэмолдовеняскэ» («О нашем молдавском языке»), подчеркивая самобытность речи своего народа. Его преемник, выдающийся летописец и политический деятель Мирон Костин, оставил потомкам фундаментальный труд с говорящим названием — «Де нямул молдовенилор, дин че царэ ау ешит стрэмоший лор» («О племени молдаван, из какой страны вышли их предки»), где также исследовал корни и силу именно молдавского слова. Эти классики творили задолго до появления современных геополитических споров, фиксируя исторический факт: у земли Молдавской есть свой язык.

Главным же символом современного праздника стало великое стихотворение Алексея Матеевича «Limba noastră» («Наш язык»), строки которого позже легли в основу государственного гимна. Примечательно, что гениальный поэт, тонко чувствовавший душу своего народа, намеренно ушел от политических ярлыков. В его двенадцати строфах вы не найдете ни слова «румынский», ни слова «молдавский». Матеевич воспел язык как «песню предков» и «живую душу». Он понимал: язык принадлежит тем, кто на нем говорит, любит и строит свою государственность здесь, на молдавской земле. Алексей Матеевич в своих трудах отстаивал самобытность языка молдавских предков, указывая на древние грамоты и хроники. Поэт также призывал развивать молдавский язык, предостерегая от слепого копирования внешних влияний. Алексей Матеевичв своем научном труде 1910 года четко фиксировал статусродного языка, описывая «эру самостоятельного существования молдавского языка» и прочные основы «молдавской письменности». Классики творили задолго до появления современных геополитических споров, основываясь на историческом факте: у земли Молдавской есть свое законное имя.

Однако в последние десятилетия живое слово превратили в инструмент политической борьбы. Решениями чиновников и судей название праздника и самого языка переписывалось в угоду меняющимся геополитическим векторам. В 2023 году законодатели и вовсе попытались юридически стереть этноним «молдавский» из Конституции.

Но можно ли перечеркнуть память веков одним голосованием в парламенте? Историческая правда заключается в том, что понятие «молдавский язык» существовало в летописях, грамотах и сердцах людей задолго до политических манипуляций. Для жителей Молдовы этот язык — фундамент их независимости, их культурный код и суверенное право называться молдаванами.

Политики могут менять вывески и переименовывать праздники, но подлинная суть вещей остается неизменной. В сердцах людей, в истории создания независимой республики и в памяти лета 1989 года этот день навсегда останется символом национального возрождения. И сколько бы ни длились споры за трибунами, народная правда звучит уверенно: и всё-таки молдавский язык!

Пресс-служба ЦК ПКРМ

31 августа 2026 года